Семь футов под килем

Самолет шел на посадку над гладью Клязьминского водохранилища. Пассажиры с интересом наблюдали в иллюминаторы за меняющимися ландшафтами. И вот всеобщее внимание привлекло нечто, похожее на светящуюся раковину, при ближайшем рассмотрении оказавшееся пристанью для лодок затейливой формы с небольшим маяком в центре и зданием яхт-клуба. Синяя остроконечная крыша, стеклянный восьмиугольный эркер во всю высоту строения и иллюминаторы по его симме-трично расходящимся крыльям удачно дополняли картину. Мой сосед, удовлетворенный увиденным, подмигнул, кивнув в сторону оставшегося позади объекта. В ответ я улыбнулась и погрузилась в воспоминания…

А начиналось все так. В августе 2006 г. я была на охоте на Камчатке. Компания собралась дружная, интересная. За засидками на медведя и ловлей кеты время текло незаметно. В условиях полного отрыва от цивилизации мы как-то незаметно сплотились, деловые темы сменили разговоры по душам, и по возвращении в столицу мы расставались людьми, близкими по духу и образу мыслей.

Спустя пару месяцев я получила предложение разработать концепцию дизайна и осуществить авторский надзор за оформлением главного здания яхт-клуба, владельцем которого являлся один из членов нашей команды.

Я осмотрела объект. Строение представляло собой кирпичную коробку в три этажа без отделки и отопления.

Хозяин хотел видеть много-функциональный центр клуба, где на 500 кв.м. разместились бы офис, приемная, кабинет, бар, ресторан, кухня и несколько приватных спален. Я думаю, его выбор пал на меня с учетом опыта нашего общения на Камчатке. Я согласилась из тех же соображений. Время показало, что мы не ошиблись, образовав тандем, в котором в ответственные полтора года стройки царили полное взаимопонимание, доверие и слаженность действий.

В разработке дизайн-проекта главное — легенда, которую впоследствии здание будет демонстрировать своим обитателям. Отправной точкой для меня стала поездка в Англию. Великая морская держава потратила не один век на поиск и освоение новых земель. Сначала я осмотрела выставку по декору в Бирмингеме, затем неделю провела в Лондоне в музее «Виктории и Альберта», где, сопровождаемая персональным гидом, знакомилась с бытом английских мореплавателей и путешественников, потом переместилась в Париж на выставку Мезон де обже(Дом как объект), а по возвращении потратила не один десяток часов, исследуя тему в Интернете.

Систематизировав впечатления и идеи, я наконец выработала стройную концепцию, в которой помещения получили свое назначение и стилистику.

Мне представилось здание-корабль, первый этаж которого был решен как трюм современного крейсера, так как офисная принадлежность лучше всего была бы подчеркнута элементами в стиле хай-тек. Вход украсили травленые металлические колонны несущей конструкции, нарочито оставленные без отделки, мраморная роза ветров и витражи с изображением разноцветных водорослей.

Помещениям второго этажа как нельзя лучше подходили образы старой Голландии и французской Ривьеры. Посему ресторан решено было отделать в виде уютной кают-компании старого голландского судна. Стены предстояло обшить деревянными панелями на высоту винной бутылки, а балки имели необычный изгиб, что позволяло получить помещение визуально скругленной формы, словно вы действительно находитесь внутри корабля. Окна-иллюминаторы были призваны усилить эту иллюзию. Главным украшением стал огромный овальный стол из дуба на 16 персон, а над ним возвышалась ручной работы люстра — ладья с вестами и дулами орудий по бортам.

Дополнительной изюминкой стали ящики с карликовыми томатами на подоконниках, т. к. я где-то вычитала, что самыми распространенными растениями на кораблях тех времен были именно пасленовые, помогавшие бороться с целым рядом тропических и морских недугов.

Были сшиты бархатные портьеры с жесткими шелковыми карнизными вставками и золотой монограммой — буквой К в центре по названию клуба КОМАНДОР. Для буфетов были заказаны оригинальные морские сервизы, что добавило интерьеру уюта и роскоши.

Среднеземноморский бар прописался в эркере второго этажа. Главным лейтмотивом его стала ретростилистика 30-х гг. прошлого столетия: интеллигентная аристократичная мебель из палисандра, белые холщевые диваны в форме морской гальки и стойка бара, составленная из уникальных сундуков французской фирмы, хозяин которой после очередной кругосветной регаты организовал производство классической мебели для яхт. Главный ее конек — необычайная мобильность: все предметы интерьера можно за считанные минуты разобрать, а затем так же легко собрать, в итоге получив сундуки из кожи и ротанга. При этом поражает и эргономика, т. е. функциональность и комфорт: тут масса запирающихся потайных ящичков, рилинги для фужеров, отверстие для ведерка под шампанское, полочки для хьюмидоров — и это неполный список секретов. Кровати, тумбочки, журнальные столики, комоды, витрины для посуды и даже затейливые шкафы-тумбы для умывальников — все нашло свое применение в спальных и общественных помещениях клуба.

Третий этаж был отдан под 3 приватные спальни. Для каждой из них была заготовлена латунная табличка с названием. Первая гласила: Сны Голландии. За дверью гостей ждал романтический интерьер, наполненный оттенками зелени, свежести и солнца, исходящими от цветов этой сказочной страны. Выбеленная дубовая доска на полу, патинированный ванильный потолок расширили пространство мансарды, а цветные натуральные портьеры с изображением тюльпанов и яркой шелковой отделкой по бокам существенно увеличили ее высоту. Одним из главных украшений этого помещения, как, впрочем, и всех остальных, стали морские светильники из полированной латуни. Люстры и бра с барометрами в основании в виде штурвалов, якорей и старинных керосиновых ламп были подобраны с особой тщательностью и вывешены гарнитурами в каждой комнате.

Следующая по курсу — Каюта морского волка.

Сложность и прелесть этого помещения состояла в том, что места в нем оказалось не много: в восьмиугольном эркере пять сторон были остеклены, а три других являли собой свободные проемы между металлическими швеллерами, служившими опорой крыше. Мне пришла в голову смелая идея оставить площадку диаметром 4,5 м под подиум с круглой кожаной кроватью сине-кремового цвета с тиснением под крокодила диаметром 2,9 м. Еще две стороны я решила зашить и оттонировать в цвет морской бездны. Мне хотелось поиграть контрастом стен и выбеленным дубом на полу, увенчать эту битву стихий овальным мерцающим куполом неба с созвездием хозяина клуба и трассами от изредка падающих комет. А чтобы утреннее солнце не будило пришедшего с вахты капитана, решено было поставить систему электрических римских штор с принтом из парусных кораблей и обрамить их перекидами в виде облаков воздушного шелка, который, словно морская пена, будет струиться по граням кобальтовых колонн.

Пользуясь правом планировщика, я выгородила из прилегающего пространства коридора гардеробную и санузел в виде двух симметричных крыльев, а чтобы не лишать их естественного света, предложила стены этих помещений выполнить в виде витражей с затейливыми морскими узорами.

Третья спальня Мечта рыбака

Словно сундук с сокровищами, получилась небольшой, но очень уютной. Ротанговое покрытие на полу, сложно выкрашенные стены цвета бутылочного стекла, текстильный комплект с различными видами рыб на льне, стеллажи с книгами, повествующими о кругосветных странствиях, модели парусных кораблей и, как завершающий штрих, окно в виде литого латунного иллюминатора.

Я могла бы еще долго рассказывать о клубе и раритетных предметах в нем, составивших гордость хозяина, но шасси уже коснулись земли, и я, прервав ход воспоминаний, устремилась к выходу. Я шла навстречу новым интересным проектам и любимой работе, вдохновленная впечатлениями от состоявшейся поездки, ибо стараюсь жить под девизом «Странствуя по миру, не закрывай глаз!», чего и вам от души желаю